раз рюмка два не болит голова дымится хитро манит

За окном метла скребет асфальт, шуршит листва. Звук в утренней тишине громкий, монотонный, завораживающий. Лежу – слушаю. Представляю себе этого узбека-дворника. Приехал сюда на заработки. Это же как хреново должно быть на родине, чтобы в Москву – дворы подметать! Ладно бы куда-нибудь в Антверпен или там в Брюгге… Хорошо, что я не узбек. Нет, я не ксенофоб, не расист – не люблю всех одинаково. И в первую очередь – себя.

Недавно мама рассказала, что каждое утро ее будит какая-то птица. Однообразно чирикает. Нет, даже не чирикает, а кричит. Да так настойчиво. Буквально в приказном тоне: «Пыс-пыс! Пыс-пыс!..»

Во времена моего детства у нас в кооперативном доме был сантехник Женя. У него не было ни возраста, ни портретных характеристик. Или я уже просто не помню, как он выглядел в деталях. Женя неизбежно сидел во дворе за наскоро покрашенным зеленой краской столом и играл с мужиками в домино. Громко стучали костяшки по металлической столешнице. Звук осколочно бил по всем окнам трех хрущевок, составлявших двор.

Хорошо умереть так, на свежем воздухе, ранней весной, скоропостижно. «Рыба!» – и пиздец. Что за рыба? Последнее, что слетело с его губ – не проклятие, не благословение, не тайна зарытых где-то сокровищ, не клич, не покаяние – «рыба». Хорошо.

Когда Женя был обморочно нужен, когда случалось что-нибудь из ряда вон, что-нибудь зловеще-канализационно-экстримальное, – он исчезал. Такое у него было свойство. Растворялся, дематериализовывался в самый неподходящий момент. Мой папа отправлялся на поиски. Найти Женю, как правило, было невозможно ни в одном из известных отцу пространствах. Когда рано или поздно он таки возвращал сантехника из небытия, воскрешал его из праха, тот заходил в квартиру в облаке неземного перегара, нереально грязный, весь потусторонний и в пакле… Женя наклонялся над нашим текущим унитазом и начинал командовать, как опер

Источник

динамика,стиль изложения,историческая достовернность - все выдержанно.понятно,что роман авантюрный,посему все битвы заканчиваются победами,а плен не долог и дамы благосклонны к герою...но я боялся,что автор не удержится и скатится в концовке в очередную лубочную балалаевщину.но слава богу здесь нет стрельцов с калашами,броненосцев и медалей за город Лондон.да и враги вышли не лучше и не хуже своих и каждый воюет( и грабит попутно) за свою правду.едиственно,в чем сомневаюсь - так в том,что жители 17-го века будут фанатеть от современных песен,пусть даже Мельницы.эта музыка как для нас баллады гуслярей-кобзарей.автор большой молодец,надеюсь прода(если будет конечно)не подкачает в плане достоверности и занимательности.я уже и не помню,когда читал с таким удовольствием.

Ещё один воришка сюжетов...эпизод с побегом из плена..слишком похож на такой же эпизод у Григория Бакланова из книги "Июль 41 го"...а почему бы и нет...этот автор уже умер...

А вообще - уже вызывает даже не раздражение, а грустный смех - настолько у множества авторов изначальная позиция ".... только я д'Артаньян" не дает ни малейшей возможности разобраться в происходящем:(

Антон Витальевич не подкачал, да! Ну и пусть, что книга "проходная": зато логичная, не шибко "рояльная"; энергичная, насыщенная экшеном, "приправленная" антуражем и "отношениями" ( ;-). Не "автобусное" чтиво, но и не "ЛИТАниме", как до этого... Но, всё равно интересно...

Вдова Нюра. Крылатая Серафима. Любостай (fb2)

- Вдова Нюра. Крылатая Серафима. Любостай 2252K, 683с. (скачать fb2) - Владимир Владимирович Личутин

Речку Нюра Питерка прошла разгонисто, по-мужски размахивая руками. С горушки понесло далеко, и снег, подбитый морозом, похрустывал и неровно прогибался под кундами, но совсем не крошился, и оттого скользить было легко, а лыжня, неясно продавленная в насте, быстро стекленела. Было уже да

Источник

Существует ли конец Пути? Возможен ли конец Борьбы человека с самим собой и окружающим миром? На эти и многие другие вопросы Сергей Лукьяненко дает ответы в своей новой книге.

«Последний Дозор» – это путешествие с лучшим российским фантастом в поисках новой истины. Но будьте осторожны: Сергей Лукьяненко не любит простых решений и коротких дорог. Так что приключение обещает быть ярким и заманчивым. Как сама жизнь, с разнообразием которой может сравниться только фантастика «Последнего Дозора».

Лера смотрела на Виктора и улыбалась. В каждом мужчине, даже самом взрослом, живет мальчишка. Виктору было двадцать пять, и он, конечно же, был взрослым. Валерия готова была отстаивать это со всей убежденностью влюбленной девятнадцатилетней женщины.

Витя фыркнул. Они сидели в комнате, которая была бы грязной, не будь она такой темной. Вокруг теснились возбужденные дети и смущенно улыбающиеся взрослые. На разрисованной мистическими символами сцене кривлялся молодой парень с белым от грима лицом и в развевающемся черном плаще. Снизу его подсвечивало несколько багровых лампочек.

Произношение у него было таким четким и артикулированным, каким оно бывает только у студентов театральных училищ. Даже Лера, плохо знающая английский язык, понимала каждое слово.

– Мне понравились подземелья в Будапеште, – прошептал ей Виктор. – Там реальные старые подземелья… очень интересно.

Сентябрь в Эдинбурге выдался жарким. Утро Витя и Лера провели в королевском замке, центре туристического паломничества. Перекусили и выпили по пинте пива в одном из бесчисленных пабов. И вот – нашли куда спрятаться от полуденного солнца…

За спиной Леры послышался негромкий плач. Она обернулась – и с удивлением обнаружила, что плачет взрослая уже, лет шестнадцати, девушка, стоявшая рядом с матерью и маленьким братом. Откуда-то из темноты вынырнули служители и быстро уве

Источник

динамика,стиль изложения,историческая достовернность - все выдержанно.понятно,что роман авантюрный,посему все битвы заканчиваются победами,а плен не долог и дамы благосклонны к герою...но я боялся,что автор не удержится и скатится в концовке в очередную лубочную балалаевщину.но слава богу здесь нет стрельцов с калашами,броненосцев и медалей за город Лондон.да и враги вышли не лучше и не хуже своих и каждый воюет( и грабит попутно) за свою правду.едиственно,в чем сомневаюсь - так в том,что жители 17-го века будут фанатеть от современных песен,пусть даже Мельницы.эта музыка как для нас баллады гуслярей-кобзарей.автор большой молодец,надеюсь прода(если будет конечно)не подкачает в плане достоверности и занимательности.я уже и не помню,когда читал с таким удовольствием.

Ещё один воришка сюжетов...эпизод с побегом из плена..слишком похож на такой же эпизод у Григория Бакланова из книги "Июль 41 го"...а почему бы и нет...этот автор уже умер...

А вообще - уже вызывает даже не раздражение, а грустный смех - настолько у множества авторов изначальная позиция ".... только я д'Артаньян" не дает ни малейшей возможности разобраться в происходящем:(

Антон Витальевич не подкачал, да! Ну и пусть, что книга "проходная": зато логичная, не шибко "рояльная"; энергичная, насыщенная экшеном, "приправленная" антуражем и "отношениями" ( ;-). Не "автобусное" чтиво, но и не "ЛИТАниме", как до этого... Но, всё равно интересно...

Поиск-81: Приключения. Фантастика (fb2)

- Поиск-81: Приключения. Фантастика (и.с.

Неведома дорога к Каменному поясу, где белки идут с неба дождем, а соболя стелются черной метелью, где у ног плосколицых идолов лежат горы восточного серебра. Такой представляли югорскую землю в древнем Новгороде. Первому трагически окончившемуся походу новгородцев на Урал в 1193 году посвящена повесть Алексея Домнина «Поход на Югру».

В иной м

Источник

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА ModernLib.Net

Адамов Аркадий Григорьевич - На свободное место (Инспектор Лосев - 3)

На свободное место (Инспектор Лосев - 3)

ModernLib.Net / Детективы / Адамов Аркадий Григорьевич / На свободное место (Инспектор Лосев - 3) - Чтение (Весь текст)

Адамов Аркадий

      Сегодня понедельник. Мнение, что "понедельник - день тяжелый", сложилось, я уверен, у людей, которые в воскресенье и субботу отдыхают, я же провел их на работе и уже не воспринимаю понедельник так трагически. А сегодня день выдался даже чуть спокойнее, чем обычно. Воспользовавшись этим, я пишу всякие бумаги.

      Володя Чугунов таксист, причем классный водитель. Мы с ним познакомились около года назад, когда на его машине - она нам случайно подвернулась в самый острый момент - преследовали ночью преступников, совершивших дерзкую кражу. Володя показал себя в тот раз не только асом в вождении машины, но и вообще золотым парнем. Мы с ним после этого еще несколько раз виделись. Однако это было довольно давно.

      - Ты послушай, чего случилось, - волнуясь, говорит Володя. - Я этого типа у Белорусского посадил. Говорит: "Вези, где пообедать можно". Я ему говорю: "Вот тут, на вокзале, и можно". - "Совался, - говорит. - Только я за обед хочу деньгами платить, а не свободой". Понял?

      - Ага. И еще спросил: "Переночевать найдешь где? Полсотни за ночь дам, но чтобы чисто было". Я ему говорю: "Подумать надо. Одно место есть, но там только деловых принимают". Это я уж от себя горожу, понимаешь? "Давай, говорит, вези обедать. Пока я заправлюсь, ты думай. Вот тебе десятка на это дело. Придумаешь, полсотни твои. А я деловой, такой деловой, что у вас в Москве мало таких найдешь". Ну, я его на всякий случай поближе к вам, в "Баку" отвез. Сейчас там обедает. Что делать-то с ним?

какие таблетки пить при головной боли вегето сосудистой дистонии
Вегетососудистая дистония на сегодняшний день очень распространенное заболевание. Патология спровоцирована нарушенным функционированием нервной системы. У людей, страдающих от этого недуга, наблюдается ухудшение с

      Я лихорадочно думаю, как тут поступить. Бежать

Источник

PES|U]B^_x"A5=ʼnʷ=X{|926ݣSfNI͸Dأ5J2=KPUwdfBIg=n8m7DiGZF>qo0)sK@ pà4|nފttVtfZ2ɭ[5˾lTXzIROerbͼTaClɑc4E*bl\5.w8N%!WӑhD}Uy4DkO9sSʬFLdf0:5|WPځnPu~/f"dG䅋d;u Q"vpL2FtFeE.K{woi(ϛE0xmMζ>WV*+gr3[i Xr}1/wlA_lb3 MmŹMU؝"]QkH9sྮu{I-x_ϛU*WyPW!w!P)գ f+ԤTYsW$_H oMFE 3)~Yͭ氿%u: E+xE!֡>,sa$s$%NDD&д:S rK?]%VM:wC dAEKly82VndHv˫sw\6׃Tͺ?4H3.MD`]jr,PrQW{HyoƊIa.:~ }}Zd6M dMc^8<89ePARRVN.̎۶mV[z 4Ŋo)fy6BXA{PeJ?@-{J\)*G}Y4%鰮0yd<4o^d|[dep\WMx#U$\ђW `F)]۸": XHcߏ2KGn_ySSmneu (EFtfNKv&򑮝f |PDo+hQb"# }^ %i:* k= ~x/ۙvS}[]i: rRy|c56ۣj}VrӔ ~E#wU Cʙ8,|³J&OctCi#$XEvW%Lv*3Z.3Xl#U`lԮ[i*y'ߊ/^r'@*.)N3V]( "׸i

>[1,(jȎvGV5 fse=w&J 6N .7h6rÊRe/Հ6AߛZ=y3 kҨV`mjz1V顀;?Pe#zGO*{_6aF=mJ;AzRztQVRo.A]Xw*As[5b ml4(R]%UEUb=3vdE p{ZE,JC{C4 +?E9]=GvN:( йm x|1ɦ]qzi D"xuc^5S$aA,l|"AR>Nw]md_qbb-C

J3k9pNLz5]%ɕ0lߧ KJIկ^Pݛ$dd 0گzyAȴکPÓCnAdp@Av ɉM[ f*a&q4s=&#TR33T(5Kb.|I4H2Bfx.,C3 gvoj"DEq#eUr 2p0mZq+6D.FF@.R]`'@ b,H qz?'!2#靍ONbfiu'w@Ĭ)Y8$.Eb*||Q&

yԺ|8[5p$,a}7j?kj]KI,J"O{ܫ|n9PE}Q^-5:%6BK'Y3&eT5.Cm[ݖ(eE %IXv.3H _~ k4$=M'95U dbߡS2 kJP(= դ#M8|m3& ΋Dbk$7rx+ N.#b7P%3qXWc8I4ԜkFoVXo"ܒ*˦T3u3O7y?wkl2

к какому специалисту обращаться с головными болями
На сайте вы найдете много информации посвященной головным болям, симптомам и способах лечения. Методы диагностики всех видов головной боли

Источник

С именем Дмитрия Кедрина связаны прежде всего мастерски написанные картины русской истории в ее острые, драматические моменты, скульптурные, словно высеченные резцом ваятеля, фигуры героев, строгая ритмическая организация стиха и глубокий интерес к точному русскому слову. Произведения Кедрина, повествующие о событиях далекого прошлого, неизменно находят живой отклик у современников. Секрет популярности его поэзии не только в своеобразии художественной формы, в присутствии своей поэтической темы, но и в страстной убежденности, «что поэзия требует полной обнаженности сердца, что, скрывая от всех свое главное, невозможно стать поэтом, даже виртуозно овладев поэтической техникой. Поэзия — это полнота сердца, это убежденность» [1].

Кедрин не успел до конца рассказать о «своем главном», он рано ушел из жизни, но его творчество оставило заметный след в истории советской поэзии. Как у всякого истинного художника, у него был свой особый поэтический мир, свое образное видение, своя интонация. Главное начало кедринской поэзии — в живописности, осязаемости поэтического образа. «Что такое художественные средства поэта? Это луч, идущий от проекционного фонаря к экрану. Если этот луч необходимой силы и яркости, изображение будет отчетливым» [2], — писал Кедрин в своих заметках «О психологии творчества».

В свете этого луча он развернул перед читателем страницы отечественной истории, воскресил мир народных легенд и преданий.

В работах о Кедрине [3] неизменно и справедливо отмечалось искусство проникновения поэта в отдаленные периоды национальной истории, знание языка и быта, достоверность целого и деталей в художественном изображении далекого прошлого. «Среди прозаиков есть немало исторических романистов, но среди поэтов Дмитрий Кедрин, пожалуй, единственный (по преимуществу) поэт-историк, знаток русского языка различных эпох» [4], — справедливо говорил Степан

Источник